Слушания в Конгрессе

Как я уже писал 9 марта, в прошлый четверг в Конгрессе США прошли слушания о радикализации мусульманской общины в стране. Пожалуй, самым эмоциональным свидетелем заслушанным Конгрессом оказался Melvin Bledsoe, который рассказал, как его сын Карлос, студент технического университета, увлекся исламом, принял ислам и новое имя, Abdulhakim Mujahid Muhammad, и в 2009 отправился мстить: застрелил офицеров в пункте набора новобранцев в армию США в городе Литтл Рок. Его, естественно, арестовали. Сейчас готовится судебный процесс. Abdulhakim Mujahid Muhammad признал, что готовил и другие акции: диверсии на американских военных базах, убийство солдат, нападения на раввинов. Виновным себя он не признал, заявив, что рассматривает свои поступки как справедливую месть.



Melvin Bledsoe - вы его видите выше - со слезами на глазах заявил на слушаниях в Конгрессе, что исламисты в Нашвилле вынули его сыну часть мозга и вставили другую, запрограммированную на убийство. "Чтобы этого несчастья не повторилось с сыновьями в других семьях, пожалуйста, господа сенаторы, сделайте что-нибудь, пожалуйста" - повторил несколько раз Мелвин.

Слушания буквально раскололи американское общество пополам. Демократы и левые с гневом заклеймили его. По их мнению, это - позорная дискриминация и почти фашизм. Было много демонстраций мусульман против слушаний в Конгрессе (см мой блог от 9 марта).

Правые говорят, что ради политической корректности нельзя прятать голову в песок и надо что-то делать. Они напоминают, что главная мусульманская организация Америки, Совет по исломо-американским отношениям, не только не выступила однозначно за отделение религии от государственных дел, но и, как правило, оправдывает террористов. По крайней мере, никогда не осуждает. Многие афроамериканские христиане, чтобы выжить в тюрьме, вынуждены принимать ислам в крайней форме, со всеми вытекающими... Поскольку пресса и телевидение в основном контролируется левыми, голос правых почти не слышен. Но одна американка придумала нечто оригинальное (может в шутку, а может и всерьез, не знаю).

( Об этом под катом )

Слушания в Конгрессе

Как я уже писал 9 марта, в прошлый четверг в Конгрессе США прошли слушания о радикализации мусульманской общины в стране. Пожалуй, самым эмоциональным свидетелем заслушанным Конгрессом оказался Melvin Bledsoe, который рассказал, как его сын Карлос, студент технического университета, увлекся исламом, принял ислам и новое имя, Abdulhakim Mujahid Muhammad, и в 2009 отправился мстить: застрелил офицеров в пункте набора новобранцев в армию США в городе Литтл Рок. Его, естественно, арестовали. Сейчас готовится судебный процесс. Abdulhakim Mujahid Muhammad признал, что готовил и другие акции: диверсии на американских военных базах, убийство солдат, нападения на раввинов. Виновным себя он не признал, заявив, что рассматривает свои поступки как справедливую месть.



Melvin Bledsoe - вы его видите выше - со слезами на глазах заявил на слушаниях в Конгрессе, что исламисты в Нашвилле вынули его сыну часть мозга и вставили другую, запрограммированную на убийство. "Чтобы этого несчастья не повторилось с сыновьями в других семьях, пожалуйста, господа сенаторы, сделайте что-нибудь, пожалуйста" - повторил несколько раз Мелвин.

Слушания буквально раскололи американское общество пополам. Демократы и левые с гневом заклеймили его. По их мнению, это - позорная дискриминация и почти фашизм. Было много демонстраций мусульман против слушаний в Конгрессе (см мой блог от 9 марта).

Правые говорят, что ради политической корректности нельзя прятать голову в песок и надо что-то делать. Они напоминают, что главная мусульманская организация Америки, Совет по исломо-американским отношениям, не только не выступила однозначно за отделение религии от государственных дел, но и, как правило, оправдывает террористов. По крайней мере, никогда не осуждает. Многие афроамериканские христиане, чтобы выжить в тюрьме, вынуждены принимать ислам в крайней форме, со всеми вытекающими... Поскольку пресса и телевидение в основном контролируется левыми, голос правых почти не слышен. Но одна американка придумала нечто оригинальное (может в шутку, а может и всерьез, не знаю).

( Об этом под катом )

Очень ответственное задание

Сегодня меня оставили дежурить. Одного. С внуком Эли. На фотографии он чумазый: это я его поил соком.



Сначала мы поиграли в паровоз. Потом я его переодел и уложил спать. Через час он проснулся, и пришлось переодевать его снова. Потом был обед. Накормил его йогуртом. В итоге, сам весь оказался в йогурте, потому что он плевался, хотя съел совсем немного. Тогда я дал ему макароны. Тут дело пошло лучше. После обеда был интеллектуальный час: мы вместе попрыгали на диване и пофотографировали: я его, а он меня. Камера дважды падала на пол, но к счастью, кажется, не сломалась. И - ура - наконец пришли его родители. За пол-дня я так не устаю, даже когда читаю лекции.

Все женщины, у которых есть дети - героини!

Очень ответственное задание

Сегодня меня оставили дежурить. Одного. С внуком Эли. На фотографии он чумазый: это я его поил соком.



Сначала мы поиграли в паровоз. Потом я его переодел и уложил спать. Через час он проснулся, и пришлось переодевать его снова. Потом был обед. Накормил его йогуртом. В итоге, сам весь оказался в йогурте, потому что он плевался, хотя съел совсем немного. Тогда я дал ему макароны. Тут дело пошло лучше. После обеда был интеллектуальный час: мы вместе попрыгали на диване и пофотографировали: я его, а он меня. Камера дважды падала на пол, но к счастью, кажется, не сломалась. И - ура - наконец пришли его родители. За пол-дня я так не устаю, даже когда читаю лекции.

Все женщины, у которых есть дети - героини!