И снова карточка твоя
Колдует на столе.
Как долго дружен ты со мной,
Ты, отданный земле.
Уж сколько раз звала я смерть
В холодное жилье.
Но мне мешает умереть
Бессмертие твое.
Л. Чуковская
Жил-был умный и привлекательный молодой человек. Как и все молодые люди, он любил веселье, розыгрыши и свидания с девушками. Он любил читать запоем все, что попадалось под руку, a все что прочел, обдумывал и запоминал. Так он приобрел энциклопедическое образование. Но главной его страстью была теорфизика. Его юность пришлась на время больших перемен, связанных с рождением квантовой механики. Молодой человек стал размышлять о том, что будет, если скрестить квантовую механику с эйнштейновской гравитацией. Он написал, по-видимому, первую в мире работу, где поставлен вопрос о квантовой гравитации. Ему было всего тридцать лет, на дворе стоял 1937 год. Арест-допрос-расстрел. Обычное дело.
Шли годы, десятилетия. О нем не было никаких упоминаний. Только несколько друзей-ровесников и коллег помнили, что когда-то он был вместе с ними, работал, радовался жизни. Их воспоминания блекли, увядали со временем. Одна-единственная женщина, его жена, не могла и не хотела забыть своего Митю — Матвея Петровича Бронштейна.
✷ Матвей Бронштейн справа. Рядом с ним на спинке кресла Женя Канегиссер. Ленинград, ок. 1931.

Вот, что пишет Геннадий Горелик, знаток истории довоенной советский науки:
“Началось с того, что я открыл том, изданный к 100-летию Эйнштейна. Туда, по идее, должны были попасть статьи, означавшие главные повороты гравитационной драмы. Однако на дворе был 1979 год — развитой социализм со своей административно-командной системой. И в сборнике, наряду с несомненно поворотными работами, проступали следы каких-то административных команд -- отечественные статьи сомнительного исторического значения.
Поэтому, открыв статью почти неизвестного мне советского автора сорокалетней давности с маловыразительным названием, я был готов к выводу, что ее включили для "укрупнения вклада" советской физики в мировую.
Почему я никогда не встречал упоминаний об этом результате? И кто такой этот М.П. Бронштейн? Почему с его [результатами связывают] имя американского физика 50-х годов?”
Все, что было публично известно о Бронштейне в 1980 г., сводится к одному предложению в энциклопедическом словаре:
“БРОНШТЕЙН Матв. Петр. (1906-38), сов. физик, д-р физ.-матем. наук. Осн. тр. по физике полупроводников, теории гравитации, ядерной физике и астрофизике. Автор ряда науч.-популярных книг."
С этого предложения и началась работа Горелика — поиски людей знавших Бронштейна лично, и могущих о нем рассказать. Она растянулась на два десятилетия. Сейчас никого из этих людей уже нет в живых, и если бы не Горелик, собравший по крупицам судьбу человека, и работы Бронштейна и его жизнь канули бы в забвение.

Дальше я перескажу кусочки из книги Горелика и Френкеля близко к тексту.
( Далее под катом )
Колдует на столе.
Как долго дружен ты со мной,
Ты, отданный земле.
Уж сколько раз звала я смерть
В холодное жилье.
Но мне мешает умереть
Бессмертие твое.
Л. Чуковская
Жил-был умный и привлекательный молодой человек. Как и все молодые люди, он любил веселье, розыгрыши и свидания с девушками. Он любил читать запоем все, что попадалось под руку, a все что прочел, обдумывал и запоминал. Так он приобрел энциклопедическое образование. Но главной его страстью была теорфизика. Его юность пришлась на время больших перемен, связанных с рождением квантовой механики. Молодой человек стал размышлять о том, что будет, если скрестить квантовую механику с эйнштейновской гравитацией. Он написал, по-видимому, первую в мире работу, где поставлен вопрос о квантовой гравитации. Ему было всего тридцать лет, на дворе стоял 1937 год. Арест-допрос-расстрел. Обычное дело.
Шли годы, десятилетия. О нем не было никаких упоминаний. Только несколько друзей-ровесников и коллег помнили, что когда-то он был вместе с ними, работал, радовался жизни. Их воспоминания блекли, увядали со временем. Одна-единственная женщина, его жена, не могла и не хотела забыть своего Митю — Матвея Петровича Бронштейна.
✷ Матвей Бронштейн справа. Рядом с ним на спинке кресла Женя Канегиссер. Ленинград, ок. 1931.

Вот, что пишет Геннадий Горелик, знаток истории довоенной советский науки:
“Началось с того, что я открыл том, изданный к 100-летию Эйнштейна. Туда, по идее, должны были попасть статьи, означавшие главные повороты гравитационной драмы. Однако на дворе был 1979 год — развитой социализм со своей административно-командной системой. И в сборнике, наряду с несомненно поворотными работами, проступали следы каких-то административных команд -- отечественные статьи сомнительного исторического значения.
Поэтому, открыв статью почти неизвестного мне советского автора сорокалетней давности с маловыразительным названием, я был готов к выводу, что ее включили для "укрупнения вклада" советской физики в мировую.
Почему я никогда не встречал упоминаний об этом результате? И кто такой этот М.П. Бронштейн? Почему с его [результатами связывают] имя американского физика 50-х годов?”
Все, что было публично известно о Бронштейне в 1980 г., сводится к одному предложению в энциклопедическом словаре:
“БРОНШТЕЙН Матв. Петр. (1906-38), сов. физик, д-р физ.-матем. наук. Осн. тр. по физике полупроводников, теории гравитации, ядерной физике и астрофизике. Автор ряда науч.-популярных книг."
С этого предложения и началась работа Горелика — поиски людей знавших Бронштейна лично, и могущих о нем рассказать. Она растянулась на два десятилетия. Сейчас никого из этих людей уже нет в живых, и если бы не Горелик, собравший по крупицам судьбу человека, и работы Бронштейна и его жизнь канули бы в забвение.

Дальше я перескажу кусочки из книги Горелика и Френкеля близко к тексту.
( Далее под катом )