![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
(no subject)
Nov. 21st, 2017 01:43 pmПродолжение. Начало см. https://traveller2.livejournal.com/504105.html
Нелегка стезя молодого физика-теоретика. Получить работу в академическом мире становится все сложнее, по крайней мере, в нашей области — физике высоких энергий (HEP). Гранты, выдаваемые федеральными агентствами США на исследования в этой области, потихоньку уменьшаются, начиная с 2008 года. Ясно, что “золотой век” — к сожалению — остался позади, так же как золотой век ядерной физики закончился в конце 1950х-начале 1960х. Увы, все в мире когда-то начинается и когда-то заканчивается, как и сама жизнь.
Разумеется, у “звездных” теоретиков проблем нет. За них борются лучшие университеты и научные центры мира. Их быстро “разбирают”. Но уже на следующем уровне, на ступеньку ниже…
После защиты диссертации три пост-докторских срока стали нормой. Это значит, шесть-семь лет кочевой цыганской жизни, без какой-либо определенности. И это в лучшем случае. Когда-то, когда я приехал в США в 1990м году, Ларри Маклерран (наш тогдашний директор) рассказывал мне, что еще в 1970х было не редкостью получить место Assistant Professor в приличном университете после первого пост-докторского срока, т.е. через два года после защиты. Ах, где же вы, дни любви…
Но в 1930х ситуация с работой для молодых физиков-теоретиков была еще хуже. С одной стороны, их было раз в 50 меньше, чем сейчас. Но с другой стороны, и рабочих мест для них было неизмеримо меньше. В то время. как я уже упомянул, ядерная физика была на переднем крае исследований, и вся она была сосредоточена в нескольких группах в Германии, Швейцарии, и Англии. Института пост-докторских позиций вообще не существовало. Для молодого человека единственный способ получить работу был таков: устроиться ассистентом к какому-нибудь известному профессору. Все они были наперечет, как будет видно из письма Рудольфа Пайерлса, отрывки из которого я привожу ниже. Государственных грантов не существовало. Некоторым, наиболее везучим, удавалось получить грант из фонда Рокфеллера в Нью-Йорке, на пол-года или на год. Тогдашние руководители этого фонда считали что ядерная физика (и квантовая физика в целом) — наука, достойная всяческой поддержки.
( Далее под катом )
Нелегка стезя молодого физика-теоретика. Получить работу в академическом мире становится все сложнее, по крайней мере, в нашей области — физике высоких энергий (HEP). Гранты, выдаваемые федеральными агентствами США на исследования в этой области, потихоньку уменьшаются, начиная с 2008 года. Ясно, что “золотой век” — к сожалению — остался позади, так же как золотой век ядерной физики закончился в конце 1950х-начале 1960х. Увы, все в мире когда-то начинается и когда-то заканчивается, как и сама жизнь.
Разумеется, у “звездных” теоретиков проблем нет. За них борются лучшие университеты и научные центры мира. Их быстро “разбирают”. Но уже на следующем уровне, на ступеньку ниже…
После защиты диссертации три пост-докторских срока стали нормой. Это значит, шесть-семь лет кочевой цыганской жизни, без какой-либо определенности. И это в лучшем случае. Когда-то, когда я приехал в США в 1990м году, Ларри Маклерран (наш тогдашний директор) рассказывал мне, что еще в 1970х было не редкостью получить место Assistant Professor в приличном университете после первого пост-докторского срока, т.е. через два года после защиты. Ах, где же вы, дни любви…
Но в 1930х ситуация с работой для молодых физиков-теоретиков была еще хуже. С одной стороны, их было раз в 50 меньше, чем сейчас. Но с другой стороны, и рабочих мест для них было неизмеримо меньше. В то время. как я уже упомянул, ядерная физика была на переднем крае исследований, и вся она была сосредоточена в нескольких группах в Германии, Швейцарии, и Англии. Института пост-докторских позиций вообще не существовало. Для молодого человека единственный способ получить работу был таков: устроиться ассистентом к какому-нибудь известному профессору. Все они были наперечет, как будет видно из письма Рудольфа Пайерлса, отрывки из которого я привожу ниже. Государственных грантов не существовало. Некоторым, наиболее везучим, удавалось получить грант из фонда Рокфеллера в Нью-Йорке, на пол-года или на год. Тогдашние руководители этого фонда считали что ядерная физика (и квантовая физика в целом) — наука, достойная всяческой поддержки.
( Далее под катом )
