Любовь и математик

[traveller2]

Лев Семёнович Понтрягин (1908-1988) — один из крупнейших математиков XX века (если не самый крупный), вышедших из Московской школы. Хотя я далек от чистой математики, его результаты использую регулярно, так широко они разошлись в точных науках, вплелись в ее ткань. В 14 лет он полностью лишился зрения, и тем не менее смог не только осилить школу, но и блестяще закончил Мехмат МГУ в 21 год. В 31 год (!) он стал член-корреспондентом АН СССР.

Всем этим он был обязан матери. Не обладая никаким специальным математическим образованием, она вместе с сыном взялась за изучение математики, вместе с ним прошла подготовку к поступлению в университет, а после зачисления стала в прямом смысле глазами сына: выучила немецкий язык и читала сыну — иногда сотни страниц в день — математические статьи из немецких журналов.

Понятно, что вокруг такого неординарного человека много историй и легенд. Тема женщин в жизни Льва Понтрягина не осталась в стороне (см., например, https://blog42.ws/zhenshhiny-akademika-pontryagina/). Во многом, благодаря автобиографии «Жизнеописание Л. С. Понтрягина, математика, составленное им самим», к которой я еще вернусь.

Несмотря на слепоту, личная жизнь Понтрягина протекала бурно; помимо того, что он был дважды женат (1941 и 1958), было много "коротких" романов, о которых он упоминает, не называя имен, но не без скрытой гордости. (Свои мемуары он диктовал жене, что, разумеется, заставляло его проявлять сдержанность.) Из тех же мемуаров понятно, что женщины обращали на Понтрягина довольно пристальное внимание. Возможно вначале из любопытства (еще бы, слепой человек, в 31 – член-корреспондент Академии наук). Как пишет AG в вышеупомянутом блоге, “при более близком знакомстве, на женщин, очевидно, производило впечатление незаурядная личность Понтрягина, его интеллектуальная сила. Однажды, будучи на отдыхе в Крыму, Понтрягин познакомился с одной замужней женщиной, когда купаясь в море, заплыл далеко от берега. Там, в море и состоялось их знакомство, переросшее затем в любовную связь.”



Теперь я на время оставлю эту линию и перейду к другой. В свободное от основной работы время довольно много занимаюсь историей квантовой физики между двух мировых войн. Поиски свидетелей и документов очень похожи на детективную работу и потому увлекают. Я уже писал о будущей книге о семье Пайерлсов (см. https://traveller2.livejournal.com/507612.html и ссылки там и https://traveller2.livejournal.com/505468.html и ссылки там). Главные герой книги — Рудольф Пейрлс и его жена Женя Каннегисер (впоследствии леди Пайерлс). Краткое введение: Женя родилась в 1908 году в Петербурге в семье знаменитого петербургского гинеколога Николая Каннегисера и Марии Левиной (которая была на 25 лет младше своего мужа). В следующем году родилась ее сестра Нина, и вскоре умер от заражения крови их биологический отец. Мать вышла замуж вторично в 1912 году за Исая Мандельштама, двоюродного брата Николая Каннегисера и дальнего родственника Осипа Мандельштама. Сам Исай до войны был весьма известным переводчиком западной художественной литературы на русский. Двоюродный брат Жени и Нины, Леонид Каннегисер, в 1918 году, после введения красного террора убил Урицкого. Его тут же расстреляли, а всех его родственников арестовали. В частности, Исай Мандельштам просидел в Крестах 4 месяца. Самое главное, что это злосчастное родство ему аукнулось 17 лет спустя, после убийства Кирова. В 1935 году Исая Мандельштама, ежу жену и падчерицу Нину отправили в первую ссылку в Уфу, в потоке таких же “переселенцев”, неблагонадежных петербургских интеллигентов. Женя уже была в Англии, а Нина к тому времени окончила университет по специальности биология/эпидемиология.

К чему я все это пишу?

4 апреля 2017 года я получил письмо от Габи Гросс, дочери Жени (леди Пайерлс 😀), в котором, среди прочего, она пишет: “Я знаю о жизни Нины в России и Казахстане [во второй ссылке] не много. Иногда она упоминала слепого человека (математика?), с которой у нее был роман.

Много ли в то время было слепых математиков? Имя Понтрягина сразу приходит на ум. Просмотрел доступную литературу, включая его “Жизнеописание”, но нигде не нашел упоминания Нины Каннегисер, и забыл об этом.

✷ Нина и Женя (ок. 1930). Фото любезно прислано мне Натальей Александер.



Сейчас у меня возникло пару свободных недель, и я вернулся к работе над книгой. И вот, сегодня просматривая архивные материалы, натыкаюсь на письмо Марии Каннегисер, посланное Жене в Англию из уфимской ссылки в мае 1936 года. Ее мать пишет: “ Дорогая! Я лежу в кровати совсем больная. Знаю, что Нина тебе написала письмо, в котором ничего не упомянула о свадьбе. […] Это история меня доконает. Это самое ужасное событие в моей жизни […].

И далее, в почтовой открытке, датированной 9 мая 1936 г.: “… Нина уехала. Не знаю, где она сейчас. Знаю только, что она в Ленинграде. Возможно, она уже вышла замуж за Льва Семеновича, но она, конечно, мне об этом не напишет…”

Слепой математик Лев Семенович был только один — Понтрягин! Мы знаем, что эта свадьба так и не состоялась. Теперь уже никто не скажет, почему.

Сплетенье рук, сплетенье ног,
Судьбы сплетенье…

Теперь пару слов о «Жизнеописании Л. С. Понтрягина, математика, составленном им самим». Я читал эти мемуары еще в “Успехах математических наук”, до моего отъезда в Америку. Как мне тогда показалось, со многих страниц этого труда отчетливо веет сортирным духом антисемитизма, хотя сам автор подчеркивает, что среди его друзей-математиков были евреи, которым он помогал. Если я правильно проинтерпретировал этот аспект “Жизнеописаний”, Понтрягин настаивал, что он был последовательным антисионистом, а не антесемитом. Мне лично трудно провести черту. Уважаемый мною математик Сергей Петрович Новиков пишет, что авторитет Понтрягина как учёного использовался для оправдания политики государственного антисемитизма перед мировой математикой. Что бы это значило?

Так или иначе, что бы Понтрягин ни думал о евреях, в 1930-ые годы это не помешало ему завести роман с Ниной Каннегисер, которая никогда не скрывала своего еврейского происхождения. Может быть, это что-нибудь да значит?

Comments

[juan_gandhi]

Ой, ничего себе.

Он, конечно, выдающийся математик, но как-то уж сильно стоял на пути прогресса.

[tijd]

Антисемитизм/антисионизм Понтрягина проявлялся причудливым образом. Так, он участвовал в нападках на великого математика Андрея Колмоговора. Претензий к Колмогорову было две:
1. То, что он получил премию Вольфа в Израиле (как завуалировано говорилось в статье-доносе, "государства, с которым СССР разорвал дипломатические отношения").
2. То, его школьные учебники написаны так, что дают преимущество детям с еврейским складом ума (как завуалировано говорилось в статье-доносе, "чрезмерной формализации математики, вольно или не вольно рассчитанной на нетипичное для основной массы населения ускоренное интеллектуальное развитие").

История рассказана здесь: http://www.univer.omsk.su/LGS/mem/donos.htm Нужно знать реалии того времени и отношения внутри Академии наук СССР, чтобы оценить нетривиальность скандала.

Википедия упоминает другие известные подвиги (см. также биографию Гельфанда):

В течение 20 лет (с 1964 по 1984) ни один математик еврейского происхождения не был избран в Академию наук СССР. Член 10 иностранных академий, один из крупнейших математиков XX века Израиль Гельфанд в течение 31 года не мог стать действительным членом Академии наук из-за противодействия Виноградова и Понтрягина[11][65].
В 1978 году Понтрягин и Виноградов добились исключения Григория Маргулиса из делегации на XVIII Международный конгресс математиков в Хельсинки, где Маргулису должны были вручить самую престижную в мировой математике награду для молодых математиков — Филдсовскую премию и медаль[66]. Отсутствие Маргулиса на конгрессе стало скандалом[67]. После этого скандала Понтрягин перестал представлять СССР в исполкоме Международного математического союза.
https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%90%D0%BD%D1%82%D0%B8%D1%81%D0%B5%D0%BC%D0%B8%D1%82%D0%B8%D0%B7%D0%BC_%D0%B2_%D1%81%D0%BE%D0%B2%D0%B5%D1%82%D1%81%D0%BA%D0%BE%D0%B9_%D0%BC%D0%B0%D1%82%D0%B5%D0%BC%D0%B0%D1%82%D0%B8%D0%BA%D0%B5#%D0%94%D0%B8%D1%81%D0%BA%D1%80%D0%B8%D0%BC%D0%B8%D0%BD%D0%B0%D1%86%D0%B8%D1%8F_%D0%B2_%D0%BD%D0%B0%D1%83%D0%BA%D0%B5


На уровне слухов слышал рассказы о том, что в юности Понтрягин был свободен от болезни антисемитизма, но заразился ей в более зрелом возрасте, и что в этом сыграла роль его жена или другая женщина. Возможно, вы нашли ключ.