traveller2: (Default)
[personal profile] traveller2
Disclaimer: перевод с сокращениями и недословный, скорее пересказ близко к тексту

Предыдущий фрагмент см. http://traveller2.livejournal.com/486339.html

8 октября 1943 года меня разбудило цоканье солдатских ботинок по мостовой у нашего дома. Пришли за домохозяйкой. Ее сына поймали. Правда, они не знали о его роли в подполье, им только сообщили, что он антифашист. Поэтому его отправили в тюрьму а не расстреляли на месте. Солдат, вручивший домохозяйке повестку о депортации в лагерь, шепнул мне, что он ненавидит то, чем его заставляют заниматься, что у него в Германии жена и дочь и он мечтает вернуться к ним живым. Госпожа Швахтген, наша домохозяйка, была готова к аресту. Она уже давно написала список необходимых ей вещей. После обеда ее и еще несколько жителей Мерша посадили в кузов грузовика и увезли.

Она выжила. В 1953 году, когда я впервые вернулась в Европу после пяти лет в Америке, я навестила ее. Она очень сильно сдала и даже не узнала меня. Ее сын тоже дожил до освобождения. По образованию он был врач, и новое правительство вознаградило его за работу в подполье назначив на высокий пост в столичном госпитале.

1944 год начался плохо. В январе мы узнали об аресте и смерти профессора Эйленбурга в Гестапо. Но вскоре забрезжил свет в конце нашего черного туннеля: 6 июня союзные войска высадились в Нормандии! Именно в этот день 18 лет назад я познакомилась с Эрнстом. На самом деле поворотным пунктом был Сталинград, где в решающий битве русские остановили наступление немецкой армии. Но Сталинград был очень далеко, в глубине России, и последствия этой судьбоносной битвы докатились бы до нас нескоро. А Нормандия была под носом. Когда же они освободят Люксембург?

26 августа 1944 года в субботу во время очередной передачи БиБиСи передали прямое обращение главнокомандующего Союзных войск к жителям Эльзаса, Люксембурга и западного берега Рейна. Он сказал, что поскольку Союзные войска вплотную придвинулись к Реймсу, мы все становимся жителями фронтовой зоны, что мы должны заранее наметить убежища где мы могли бы укрыться от бомбежек и артиллерийских обстрелов Союзных войск, особенно те, кто проживает вблизи линий коммуникаций, что отступающие немецкие войска представляют серьезную опасность и мы должны по возможности избегать контактов с ними.

От Парижа, который был освобожден 23 августа, до Реймса они добрались всего за три дня. Но ведь расстояние от Реймса до нас такое же. Как я надеялась, что 29-го увижу их у нас!

28 августа в понедельник Эрнст как всегда уехал на работу в пять утра но вернулся домой уже полвосьмого: поезда из Люксембурга в Эльзас не ходили.Голодная очередь в булочную взяла ее штурмом. Чуть позже прилетели самолеты, началась стрельба, и мы спрятались в подвале. В наш подвал набилось много детишек. Железнодорожную станцию разбомбили. Локомотивы так и остались на путях, охваченные пламенем. Мне удалось отоварить кое-какие талоны на хлеб и маргарин.

30 августа, среда. Эрнст снова попытался поехать на работу, но опять вернулся в 7-30. Он сказал, что столичный вокзал забит теперь уже немецкими беженцами, которые пытаются вернуться в Германию, опасаясь что после освобождения в Люксембурге им будет несладко. В основном плачущие женщины и дети с огромными чемоданами. Нацисты… настал их черед плакать. Эрнст сказал, что они даже не смогли организовать посадку в поезд, все рвались опередить других, на вокзале царил полный хаос.

31 августа, четверг. Эрнсту сообщили, что ему надлежит прибыть в Эльзас. Вместо разборки линии Мажино их отправили копать траншеи. В Диденхофене при посадке на поезд заревели сирены и все бросились в поле, чтобы уберечься от бомбежки. Поезда по всей стране встали. Эрнст чудом добрался домой поздней ночью.

1 сентября, пятница. Мы отрезаны от всего мира. Ни поездов, ни газет, ни почты, ни телефонных звонков. Электричество включают спорадически, поэтому мы даже не можем послушать БиБиСи. Всем немцам-пруссакам и люксембургским коллаборационистам мэр Мерша постветовал немедленно покинуть город. Я видела грузовики возле бывших еврейских магазинов, которые были экспроприированы немцами. Нынешние хозяева лихорадочно загружали их под покровом ночи. Такой же грузовик забитый узлами стоял перед мэрией. Люди, сидевшие на узлах были серы, некоторые плакали. Мэр тоже собирался бежать с ними. Теперь они были вынуждены паковаться в спешке и бежать, а мы на них смотрели. Я не чувствовала к ним никакой жалости. Когда они скрылись за поворотом, на нас снизошло ощущение, что основная опасность миновала. Их мы боялись больше чем бомб. Господин Райхарт, владелец прачечной, который принципиально не принимал у меня белье в стирку, бежал один из первых. За ним все полицейские. Мы остались в странном вакууме.
Прошел слух, что американцы взяли Верден и остановились перед Седаном.

2 сентября, суббота. Все частные автомобили в городе конфискованы немецкой армией. Для руководства городом к нам прислали оберштурмбанфюрера СС Валлера. Еще пару лет назад его жена заграбастала себе отель “Семь замков”, принадлежавший еврейской семье, отправленной в лагерь. Сейчас ее не видно. Весь вечер дорога была забита конными повозками. На них спускались жители верхних деревень. На следующее утро площадь перед нашем домом занята немецкой пехотой выбитой из Бельгии. БиБиСи сообщила о наступлении Союзных войск в Бельгии и о том, что немцы сдали Турнэ. Союзники находятся к востоку от Седана. Оттуда до нас 60 км. После обеда мы пошли в лес. В это время на Мерш налетели самолеты, послышалась стрельба. В лесу мы чувствовали себя в большей безопасности, чем дома. Домой мы вернулись только после окончания налета. К этому времени исчезли все конные повозки. Но вернулись грузовики с немецкими солдатами. Говорят, что в отеле “Семь замков” они устроили погром, изрезали ножами портрет Гитлера и повесили его статую.

4 сентября, понедельник. БиБиСи объявило, что Союзные войска заняли Брюссель, Метц и Нанси. Они совсем близко от нашей границы, но все не идут… Нервы у всех на пределе. Аннетт Харпес шьет американский флаг с 49-ю звездами. Грузовики с немецкими солдатами исчезли. Остался только поломанный танк и один солдат для его охраны. Ребятишки быстро с ним подружились. Томас обменял у него помидоры на табак. Другие получили эрзац-шоколад. Он сказал мне, что его переводят в Трир.

5 сентября, вторник. Без четверти девять прибежала соседка: “Мадам Изинг, Союзные войска вошли в Люксембург!” По радио мы поймали передачу люксембургского радио, и она началась с национального гимна! В последовавшей передаче на немецком языке диктор сказал: “Президент Люксембурга только что объявил о вступлении Союзных войск в нашу страну.” Все как с ума посходили. Мы думали, что они уже заняли столицу и вот-вот будут у нас. На радостях я убрала все комнаты до блеска, а Эрнст помыл все окна. На главной улице и вдоль дороги в столицу стали собираться люди в своих лучших нарядах.

Но американцы все не шли… Позднее мы узнали, что немецкие войска задержали их под Бурмингеном.

7 сентября, четверг. Люксембургское радио исчезло. Снова вещают немцы, снова ненавистное хайль Гитлер. Немецкий диктор “обрадовал” тем, что армия Третьего рейха оказывает жесткое сопротивление по всему фронту, от Намюра до Седана и на юго-запад от Седана. Союзные войска на другой стороне реки Маас. Так вот в чем дело, немцы не дают американцам форсировать реку. Эрнст вышел из дома на разведку. Вернувшись он сказал, что по дороге из Рекингена на запад идет большая колонна немецких грузовиков. Военный комендант города косо смотрит на Эрнста. На домах, брошенных семьями немцев и коллаборационистов появились большие объявления “Собственность Германии”. Немцы конфисковали всю обувь, которую смогли найти в городе, мясо из мясных лавок, сигареты и вообще все, что имеет хоть какую-то ценность для их армии.

8 сентября, пятница. По слухам американская армия возобновила наступление и вышибла немцев из Седана. Электричества нет, а вместе с ним исчезла и возможность слушать радио.

9 сентября, суббота. День рождения Томаса, ему исполнилось пять лет! Американцы прорвали фронт между Люттихом и Седаном и продвинулись на 35 км. Мерш опять заполнили грузовики с немецкими солдатами, в небе непрестанно летают самолеты. Послышалась канонада, и мы, схватив еду, спустились в подвал, чтобы там отметить день рождения Томаса. Даже в подвале слышно, как взрывают мосты. Около 5 вечера взорвали мост через Арцетт между Мершем и Берингеном. В 6 часов взорвали автомобильный мост на выезде из Мерша и параллельный ему железнодорожный мост. Немецкие солдаты стали исчезать. Интересно, как после взрыва мостов они выберутся в Германию… Еще утром было объявлено, что каждый фермер должен поставить немецкой армии корову. Они собрали 50 голов и по-видимому успели их вывезти еще до того, как мосты были взорваны.

10 сентября, воскресенье. С рассветом, когда рассеялся густой туман, стало ясно, что кое-какие мосты еще уцелели. Вокруг них суетились немецкие солдаты. Электричества нет, узнать что происходит невозможно. Сверху раздались крики госпожи Фикснер: “Американцы идут! Большая танковая колонна движется из Рекингена, танк за танком.”

Над городом кружат их самолеты. Ничего не предвещало такой радости именно сегодня. Не было ни разведчиков, ни канонады. И вот они здесь. В 11 утра в церкви назначена месса в честь Союзных войск. Владелец продовольственной лавки господин Циммер раздает флаги: маленькие американские — детям, и большие люксембургские, чтобы вывесить их на домах. Кое-где они уже появились в соседстве с американскими и английскими флагами. Невозможно представить, что творится на улице. Эрнст отправился на шоссе, ведущее в Рекинген, чтобы посмотреть что тан происходит. Но не успел он выйти из города, как увидел медленно движущийся американский танк. Только увидев его собственными глазами, он наконец поверил.

Он вернулся домой за мной, чтобы и я могла его увидеть одной из первых. Вдруг мы слышим крики откуда-то сверху: “Осторожно, немцы собираются взорвать мост!” И тут же раздался чудовищный взрыв, ударной волной вышибло все стекла, а нас разбросало по комнате. Над мостом повисло огромное облако дыма и пыли. Нас парализовал шок.

И тут началась настоящая перестрелка: пулеметные очереди, рев снарядов, взрывы, и все это из-за одного пока еще не взорванного железнодорожного моста. Большинство жителей застряли в церкви. Мы с Томасом и наши соседи укрылись в нашем подвале. Эрнст дважды выбирается наружу, чтобы посмотреть, что происходит. Мне очень страшно, Наконец в полдень перестрелка затихает. Мы поднимаемся наверх и видим американских солдат в коричневатой форме, снующих по мосту, который они очевидно отбили от немцев. Некоторые что-то забивают молотками. Часть моста горит. Солдат в немецкой форме не видно. Перестрелка и канонада слышна, но вверх по шоссе, хотя и на нашей стороне реки Арцетт.

В 12-30 я и Эрнст подняли бокалы красного вина и выпили за нашу свободу. Мы были счастливы и благодарны до глубины души.

Черт 15 минут первый американский танк показался на железнодорожном мосту, и вкатился в город. Затем они пошли один за другим. На одном большом перекрестке солдаты установили по артиллерийскому орудию на каждом углу. Мы разговорились с солдатом, чье орудие смотрело в нашу сторону. Ему было 30 лет, родом из Франкфорта, Кентукки, на гражданке был шофером, приятный парень возивший белье для одной большой прачечной. Он с гордостью показал нам свое орудие, познакомил с тремя подчиненными, с которыми он прошел всю войну.

Танковые колонны Союзных войск идут на восток по железнодорожному мосту. Другой переправы поблизости нет. В городе ликованье. Все одеты в белые-красные-синие блузки, рубашки или на худой конец прикрепили ленточки или шарфы.

В девять вечера совершенно неожиданно раздался взрыв, намного мощнее утреннего. Ударная волна была ужасной. Остатки окон вдавило внутрь. Томаса я нашла полностью дезориентированным. Он скулил, и я не могла его успокоить. У тут меня ударило мыслью: “О боже, немцы взорвали мину, заложенную в железнодорожном мосту… а как же американские солдаты на нем и танки… Нет, только не это.”

Тут пришел всезнающий господин Вебер и сказал, что взорван вовсе не мост, а немецкое хранилище взрывчатых веществ. При этом никто не пострадал. Он также принес слух, что группа немецких штурмовиков все еще в городе. В 10 вечера раздался стык в дверь. “О боже, - подумала я, - а вот и они, СС.” Но это был всего лишь брат госпожи Фиксмер. В столице он занимал видную должность и сотрудничал с немцами. Сейчас он хотел спрятаться у нас в подвале. Этого я не выдержала.

11 сентября, понедельник. Американская артиллерия идет на восток по уцелевшему железнодорожному мосту. Кое-где немцы окопались и еще держатся в Люксембурге. Сегодня после полудня дали электричество, чего мы никак не ожидали. Вечером доктор Вайнахтер жег нацистские флаги и их обмундирование на площади возле нашего дома. Ему помогали американские солдаты и молодые люксембуржцы из движения сопротивления. Когда костер догорел, Вайнахтер пригласил всех в свой винный погреб.

12 сентября, вторник. Сегодня мне удалось совершить выгодный обмен с американским солдатом. Я дала ему полбутылки коньяка, а он дал мне две банки мясных консервов, пачку сигарет и две плитки шоколада. Когда я почувствовала запах настоящего шоколада, мне подумалось почему-то, что именно этот запах будет символом и обещанием нашего лучшего будущего, с нормальной работой для Эрнста, нормальной школой для Томаса, нормальным жильем, театром, концертами, и, главное, без ежедневного ноющего страха.

В этот день американцы впервые ступили на немецкую землю, к северо-западу от Трира. У нас начались аресты спрятавшихся нацистов. В Холленфелсе подожгли дом, в котором прятался чиновник, отправивший в концлагеря десятки если не сотни семей. После полудня арестованных провезли по городу в открытых грузовиках. На них были намалеваны свастики. Люди останавливались и глядели на них с отвращением. Многие пели люксембургский гимн. Последная строчка гимна звучит так: “Мы хотим остаться самими собой.” Ее переделали: “Мы не хотим быть пруссаками.”

Столичное радио сообщило: “Сегодня вся территория Люксембурга освобождена Союзными войсками.” По дороге из Мерша в Роллинген артиллерийские и танковые колонны шли на восток. Одна колонна немедленно сменяла другую.

14 — 30 сентября. Город залечивал раны. Хлеб стали продавать без талонов. Иногда даже появлялось мясо. Вчера переодетые немецкие солдаты убили двух американцев. Дороги небезопасны. Некоторые вообще закрыты для гражданского транспорта. Поезда все еще не ходят, почта не работает. Но газеты выходят регулярно на трех языках: французском, английском и люксембургском. Газеты на немецком не выходят. Эрнст дает уроки девушкам, которые хотят разговаривать по-английски с американскими солдатами. Первое, что они спрашивают у Эрнста: “Как будет по-английски я тебя люблю!”

Продолжение следует

Date: 2016-12-12 03:10 pm (UTC)
From: [identity profile] juan-gandhi.livejournal.com
Спасибо.

Date: 2016-12-13 08:56 pm (UTC)
From: [identity profile] plynius-secund.livejournal.com
Не так давно я просматривала опубликованную в этом году статью в PNAS, в которой исследовалось влияние сильного стресса, пережитого в детстве, на длину теломер хромосом во взрослом возрасте (это концы хромосом, не содержащие генов, служащие для защиты хромосом и состоящие из коротких повторов нуклеотидов). С уменьшением этой длины связывают старение организма. Авторы исследовали 4,5 тысячи американцев старше 50 лет. Они заполняли подробные анкеты, касающиеся их семей, детства и вообще жизни. В качестве причин детского стресса учитывались: переезд по финансовым обстоятельствам, отсутствие работы у отца, побои, проблемы с полицией, пьянство или наркомания родителей, что-то еще в таком роде. Учитывали и стресс во взрослом возрасте. У всех этих людей анализировали хромосомы. Результаты показали, что стрессы, пережитые в детстве, больше укорачивают теломеры, чем стрессы во взрослом состоянии.
Я читала рассказ Иоханны и думала, а если бы сравнить американцев с теми европейцами или русскими, кто в детстве пережил войну, они ведь еще живы (и никаких анкет тут не надо было бы) какие были бы результаты?

Date: 2016-12-21 01:48 pm (UTC)
From: [identity profile] traveller2.livejournal.com
Дорогая Виктория! Извините, что так долго вам не отвечал: конец семестра...
Я думаю, что это интересный вопрос для исследования. Ответ кажется очевидным, но хорошо бы получить количественные данные.

Date: 2016-12-21 08:46 am (UTC)
From: [identity profile] lydia73541.livejournal.com
Disclaimer перевод с сокращениями и недословный скорее пересказ близко к тексту Предыдущий фрагмент

Profile

traveller2: (Default)
traveller2

September 2017

S M T W T F S
     12
3456789
10 111213141516
17181920212223
24252627282930

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 26th, 2017 09:10 am
Powered by Dreamwidth Studios